Заменить кабину пилотов было решено герметично закрывающейся капсулой с многослойной защитой и автономной системой жизнеобеспечения. Для дыхания экипажа применялась азотно-гелиево-кислородная смесь (АГК) в соотношении 60, 15 и 25% соответственно. Для предотвращения протечки зараженного воздуха внутрь кабины, в последней создавалось избыточное давление на 0.5 выше забортного.

Сама по себе идея  была не нова и давно использовалась, к примеру, в антирадиационных системах танков. Капсула выполнялась из нескольких слоев защитного материала (в основном свинца), не имела обзорных окон и вес ее достигал 60 т. Это 25% веса снаряженного самолета! Это было самой бестолковой тратой, но иного выхода конструкторы пока не видели. Обзор обеспечивал обычный оптический перископ с углом обзора 120 градусов, в остальном же пилотам приходилось полагаться на приборы -  телекамеры и радиолокаторы. В общем как в подводной лодке.

Но лодку, пусть даже и со сходным весом, не нужно отрывать от земли и затем сажать, там совсем другие скорости и плотность среды, она не может при малейшей задержке пилота рухнуть на полосу. И вот в конце 50-х, за 30 лет до рождения «Бурана», была разработана электронная система автоматического пилотирования, которая обеспечивала самостоятельный взлет, выход на заданный курс, поражение цели, возврат и посадку. Человеку лишь оставалось следить за бортовыми системами и, самое главное, корректировать курс и условия полета в зависимости от меняющихся обстоятельств. Отработать непредвиденную ситуацию лучше человека (или хотя бы приблизительно как человек) электроника не может даже сегодня.

Система аварийного покидания (катапульта) состояла из герметичного модуля с амортизационным креслом и системой жизнеобеспечения, призванных защитить пилота от перегрузок на сверхзвуковых скоростях и больших высотах. От радиации спасал все тот же свинец слоем в 5 см. В принципе, идея беспилотного челнока сулила уменьшение веса на 25%, сокращение диаметра и длины самолета на 3 и 4 м соответственно и была очень заманчива, но после долгих экспериментов и раздумий от нее пришлось отказаться. Даже дистанционное радиоуправление в условиях боя и повышенной радиации было неэффективным.

Базирование на воде

Примерно так должен был выглядеть атомный гидросамолет М-60М

В процессе создания самолета с атомными двигателями стало ясно, что наземные сооружения для запуска и обслуживания атомолетов по сложности мало в чем уступают самим самолетам, а стоимость имеют гораздо более высокую.  Ввиду сильнейшей радиации пришлось автоматизировать все работы: подвеска оружия и самого реактора, техобслуживание, заправка, доставка экипажа (в той самой гермокабине). Между полетами атомные турбины приходилось снимать и хранить в специальных герметичных боксах. Сам самолет после вылета из-за наведенной радиации так «светился», что подходить к нему нельзя было в течение нескольких месяцев даже в костюмах средней степени защиты. Поэтому он также помещался в герметичный отстойник.

Со взлетными полосами та же проблема: чтобы выдержать посадочный вес, полоса выполнялась из лучших марок бетона с толщиной покрытия до 1 м. Еще 2 м. – специальная подсыпка и армирование. Длина таких полос должна была составлять километры. Вполне понятно, что в случае начала войны, для вывода из строя такой ВПП достаточно было обычной бомбы, поэтому все это чудо окружалось кольцевыми непробиваемыми заслонами ПВО.

По сложности постройки, обслуживания и стоимости один такой комплекс превосходил чуть ли не десяток Байконуров! Не знаю как вы, но лично я, оглядываясь назад, чувствую как шевелятся волосы на голове от таких колоссальных  затрат сил и энергии. Лучшие умы страны, лучшие технологии и неограниченное финансирование, и все это ради того, чтобы протащить ядерную ракету соседу во двор! Но все же несмотря на все свои амбиции (или что там у них), правительство понимало, что задуманное если не обескровит страну раньше, то просто сотрет с лица земли самих создателей.

Сама по себе идея открытой схемы реактора, – когда охлаждение активной зоны осуществляется просто забортным воздухом, – самоубийство, но когда экологи просчитали возможные последствия от десятка запусков (даже удачных), то опомнились все. Опомнились и… решили переставить атомные двигатели на гидропланы. Причем предполагалось разместить базы не только на юге страны, но и, используя опыт Швеции, задействовать (читай «затопить радиацией») все северные моря. Изучив опыт шведов и пересчитав наличные, наши конструкторы принялись создавать морской М-60 с индексом «М».

Продолжение будет